ГАЗЕТА «ПЕТЕРБУРГСКИЙ СОЮЗ ЖУРНАЛИСТОВ»
№ 4, ноябрь 2004

Все жанры хороши, кроме скучного

Аркадий СОСНОВ

Вот цитата из одной петербургской газеты: «…я пришла к выводу, что противостояние мужчин и женщин на ТВ привело к полному оборзению прекрасной половины. Мне, честное слово, скучненько уже смотреть, как эта половина сливает мужиков по полной программе. Сидит умница, вся в красоте, которую сама себе обеспечила, долгие годы доказывая всем этим уродам, что она и без них обойдется. И возмущается тем, что никто в болезни банку варенья не привезет, а еще мужики, называется… Жаль, что она не видит, что у нее на лице нарисовано, как она этой банкой ему по физиономии прикладывает».

Читаешь такое и хочется плакать. От жалости. Я не знаю, кто эту симпатичную девушку (судя по фото) учил и учил ли вообще кто-нибудь. И все это вбрасывается многотысячными тиражами в нашу городскую среду. Как тут не подумать о чистоте, не только языка, но и самого Петербурга, его воздуха, которым дышим.

Есть смысл говорить не только о языке и стиле нынешней журналистики, но и о безусловной жанровой нелепице. Здесь все непонятно, когда читаешь материал: в каком жанре он написан? По каким законам выстроен? Насколько я понимаю, на жанры в редакциях вообще не обращают внимания. Схема такая: пойди туда, напиши о том-то, принеси то-то. В каком жанре это сделать, естественно, редактор не говорит, а сам журналист не успевает об этом подумать.

Считается, что в наш стремительный информационный век читателю важно не тратить время на осмысление чего-то дополнительного, авторских эмоций, например. Это, мол, стилистические красоты. А это вовсе не так. Просто есть достаточно зыбкая грань между «можно» и «нельзя», и если человек не переходит ее, значит, владеет основами профессии.

Надо писать о том, что тебе лично интересно – это азбука. Мы сейчас об этом забыли. А основа журналистики – интерес. Интерес к тому, что происходит и, конечно, желание съездить, разобраться, выяснить... И в каждом случае нужно искать эту пульсирующую жилку интереса и ощущать ее в себе самом.

В одно время даже был введен запрет на интервью. Особенно, это важно сейчас, когда стала процветать «диктофонная журналистика». Мы начинали, когда диктофонов еще не было.

Я, будучи болельщиком, долгое время увлекался чтением газеты «Спорт-Экспресс», пока не заметил, что она на 90 процентов состоит из интервью. Если выжать, как губку, воду из этого текста, там останется от силы 30 строк. Поэтому иногда запрет на интервью – вещь полезная.

Дэвид Рэндалл правильно сформулировал постулаты. Первый звучит так: сначала уясните, чего вы хотите от человека, у которого собираетесь брать интервью. В интервью важен базовый уровень журналиста. Не давайте сделать из себя дурака.

Жанр, конечно, не догма, жанры пересекаются, даже хорошо, когда корреспонденция содержит в себе элементы интервью, а интервью – элементы репортажа.

Между прочим, репортаж кажется очень легким жанром, куда-то придти и что-то написать. Но это только кажется. Репортаж всегда был моим любимым жанром. Его не хочется делать о банальных вещах.

Жанр статьи сегодня сильно трансформировался и, к счастью, в чистом виде ее не найти. Но, думаю то, с чем выступают колумнисты, можно назвать статьей. Блестящий образец такого жанра – творчество Татьяны Москвиной. В «Пульсе», «Новой газете» и на радио она свою точку зрения на происходящее высказывает в элегантной форме.

Очерк – очень интересный жанр, о нем вспоминают, как о покойнике, с чем можно поспорить. Очерк , вроде бы, – некий атрибут застоя. Его мастерами в советские годы считались Татьяна Тэсс, Анатолий Аграновский, Макс Поляновский… Очерк не умер, его возможности не исчерпаны и в нашей жизни, которая дает массу поводов для размышлений и обобщений, содержит столько драматизма. Как же его не использовать! В «Новой газете» немало материалов о людях, попавших в трудную ситуацию и эти материалы сделаны в жанре очерка. В ежедневной прессе очерк встретить труднее, потому что над ним надо долго и серьезно работать, его надо «выписывать». Уверен, что когда возобладает качественная журналистика, очерк обязательно вернется.

Часто спрашивают, что случилось с фельетоном. Интересный вопрос. Послушайте сегодня Хазанова. Уже не смешно. Жванецкого? Не смешно. Шендерович остался. Но это – сатира.

Хочу отдельно сказать о номере «Известий» от 4 сентября. Такого в нашей прессе еще не было! Этот номер, безусловно, войдет в историю российской журналистики. Это – доказательство, что журналистика в России еще жива и что она будет жить.

содержание всего номера