«Русский вопрос»
в переводе с эстонского

Несправедливость – явление интернациональное. Аркадий усвоил это, что называется, с молоком матери. В тридцать седьмом её, питерскую эстонку, арестовали и отправили в лагеря. Сделали это советские власти, предположительно, русские. После восстановления независимости Эстонии в гражданстве отказали уже власти эстонские. На том основании, что с двадцатого по сороковой годы мать находилась в России… (сидела с тридцать седьмого по сорок седьмой). Так и умерла – «не-гражданкой» независимой Эстонии….
Сегодня Аркадий Присяжный – председатель правления Союза объединений российских соотечественников Эстонии. Сын уроженки Петербурга, наполовину эстонец, родившийся в Хабаровске от брака двух ссыльных – является сейчас главным редактором русскоязычной газеты «Молодежь Эстонии». С ним, участником семинара, беседует Татьяна Артемова, обозреватель журнала «Посев».

– Как думаете, правда ли, что напряженность между российским и эстонским населением нередко раздувается недобросовестными политиками и журналистами?

– Да, конечно. Но мы никогда этого не делаем. Наша газета не предоставляет площади для публикации радикальных точек зрения. А рассказывая в информационном ключе о таких явлениях, как, скажем, партия РНЕ, мы, удовлетворяя право нашего читателя на информацию, непременно комментируем их. Нередко бывает и так, что носителям крайних точек зрения просто отказываем в публикации, хотя они потом обижаются на нас за это. Но мы твердо придерживаемся принципа «не навреди».

– У вас есть еще русские издания?

– У нас две русских газеты. Обе редакции являются центрами русской жизни. Только в отличие от нас, другая газета, «Эстония», за последние три года создала уже две политических партии: «Русско-балтийскую партию Эстонии» и «Единство Эстонии». Мы издание непартийное, у нас своей партии нет. Но к нам тянутся соотечественники. Проблем много. На 1,4 миллиона населения Эстонии приходится 114 тысяч граждан России. По этому показателю мы делим первое и второе места с Германией. Появилось и около 170 тысяч лиц, не имеющих никакого гражданства. Мы считаем, и наши газеты, и наши соотечественники, что они должны стать гражданами Эстонии. Но при этом мы стараемся выражать мнение не какой-то отдельной прослойки, партии или движения, а стремимся представлять интересы как можно большего числа людей. Многие по-старому верят, что газета может что-то решить. Вот почему и приходится заниматься не только журналистикой, но еще и общественной работой.

– А вот ваш опыт работы с миссией ОБСЕ…

– При необходимости мы смело обращается и к политикам, и к президентам, и к международным организациям. Например, на конец 2001 года планировался отъезд из Эстонии миссии ОБСЕ. А известно, что эта организация настаивала, чтобы сейм принял поправки к Законам о выборах в муниципальные советы и в парламент, отменяющие требование к кандидатам в депутаты непременно владеть государственным языком – эстонским. (Ведь есть места, где русских много больше, в Нарве, например, их 95 процентов). Это было условием их отъезда. И поправка была принята. С одной стороны, это позитивно, и не было бы никаких возражений. Однако, вместе с ней появилась другая, точнее, даже две, к тем же законам. Теперь в парламенте и органах местного самоуправления предписывалось говорить только на государственном языке даже в местах компактного проживания нацменьшинств. Мы собрали русских политиков всех четырех действовавших тогда партий (зарегистрировано их было уже пять) и приняли два обращения. В ОБСЕ с просьбой продолжить деятельность и в 2002 году. И к президенту Эстонии с просьбой не оглашать поправки, касающиеся делопроизводства на государственном языке в органах местного самоуправления (чтобы в местах компактного проживания нацменьшинств не вынуждать людей работать только на эстонском). Так что эта проблема еще не решена окончательно.

Но наша главная цель – создать новый имидж русского в Эстонии. Человека грамотного, доброжелательного, любящего страну. В нашем союзе сегодня самые крупные организации – «Ветераны армии». Они занимают довольно активную позицию по интеграции …

– Согласны ли вы с утверждением одной из ваших коллег, что в вашей стране общество сегодня стремится к толерантности?

– Да, без сомнения, многие вещи смягчаются… Но когда мы говорим о толерантности, то понимаем это так, что и русские что-то должны делать для Эстонии.

–Например?

– На конгрессе соотечественников в Москве мы подняли два вопроса, которые важны для всего государства в целом, а не только для русских. Мы обратились к властям Российской Федерации с просьбой отменить двойные таможенные пошлины в отношении Эстонии. Они были введены Россией 1 июня 1994 года, в знак протеста против положения русскоязычного большинства в Эстонии. Но эта мера ударила по русским же. Русскоязычные регионы и остались без работы. Другая просьба – провести очередное пленарное заседание межправительственной комиссии. Чтобы эстонскую сторону представлял премьер-министр Март Лаар (разговор происходил до того, как эстонский премьер заявил об отставке. – Т. А.), а российскую – вице-премьер Валентина Матвиенко. Комиссия, которая должна заседать дважды в год, не собиралась два с лишним года (из-за того, что в Эстонии не регистрируется Эстонская православная церковь Московского патриархата). Казалось бы, эта попытка политического давления со стороны России направлена на то, чтобы помочь своим соотечественникам. Но в результате страдаем мы. Ведь не подписываются договоры по социальному и пенсионному обеспечению.

Мы обратились к Путину с просьбой вернуть президенту Эстонии его регалии. В сороковом году их вывезли в Москву. И они хранятся как памятник культуры в Оружейной палате.

– Как вы полагаете, многие ли русские хотели бы сегодня уехать из Эстонии в Россию?

– Нет. Кто хотел, те уже уехали …